Оригинальные батики

Вопрос оценки: Ганс Рихтар.

Зарождение личности подразумевает отход от общности мнений и сдвиг к субъективному. В отличие от концепции, питающей язычество, действие в данном случае носит исключительно внутренний характер. Оно уже не соотнесено с отвагой героя, со служением Полису; движущая им энергия — иной природы, она вся — в умении слушать, размышлять.

Анализ понятия святости в том виде, в каком оно понимается в иудаизме, преломляющем его в своем осмыслении Закона, позволяет сформулировать теорию оценки, так как формирование оценки происходит именно в рамках внутренней, самопознавательной героики. У Кьеркегора обоснованием личностной героики служит строгость персонального суждения, обеспечивающая человеку причастность к раскрытию божественной святости (в аспекте любви Бога к людям и миру) посредством одновременного принятия вдохновения и случая. Оценка как признание индивидом ценности и смысла совпадает с зарождением личности. В тоталитаризме, напротив, над ценностью возобладает всеобщее. Ценностная устремленность здесь навязывается группе индивидов единственным распорядителем при помощи проявляющихся элементов ценностного подавления — вкуса, оценки, построенной исключительно на денежном абстрагировании, или даже идеи формальной гармонии.

Взаимоотношение оценки и личности может быть осмыслено на основе опыта авангардной радикальности или на примере «чистых искусств» в восточной традиции. Когда Кьеркегор называет личность Архимедовой точкой опоры, позволяющей преобразовать мир, он имеет в виду прежде всего привилегированное отношение личности к абсолюту: эта связь с абсолютом становится тем рычагом, на который предстоит опереться трансцендентности. Подобная констатация также доказывает тождественность зарождения личности и признания индивидом ценности и смысла. Формирование личности происходит в рамках — и посредством — этой двойной идентификации, открывающей ее взгляду трансцендентность.

Если учитывать, что оценку обусловливает прямая связь индивида с абсолютом, можно утверждать, что по той же схеме складывается и взаимозависимость тоталитарных устремлений и установления оценочной индифферентности. Одним из способов такого нивелирования оценки становится обращение к денежной абстракции: доминирование стерильного денежного знака приводит к тому, что индивидуальная оценка подменяется всеобщей при-знанностью, а реальное содержание уступает место условности.

И напротив, в художественном творчестве авангарда — как и в еврейской и китайской традиции — личность предстает горнилом оценки и даже утопии, изучения возможного на расстоянии.

Как мы уже говорили выше, в беседах с друзьями Марсель Дюшан называл свои реди-мейды работами «для частного пользования»: для него речь шла о «фрейдистском сгущении тех действий, которые касались [его] одного». Используя психоаналитический термин, Дюшан как бы лишний раз подчеркивал сугубо приватный характер реди-мейда, который со всей очевидностью предстает следом личного жизненного опыта. В таком случае закономерным выглядит вопрос, почему же художник выставляет — иначе говоря, предлагает чужому взгляду — этот отголосок

прожитого. На это можно ответить, что, поступая таким образом, автор стремится оставить вехи, которые свидетельствовали бы о его внутреннем пути — каковой, соответственно, расценивается как потенциально образцовый и отсылает как минимум к загадке личности автора.