Оригинальные батики

Метод Курта Швиттерса ч5.

Швиттерс, говоря о своем искусстве — этим общим термином он называл как пластические, так и литературные произведения, — утверждал, что «отныне его значение будет определяться мной постепенно». Такая эволюция значения меж тем не имеет ничего общего с цинизмом тоталитарного диктатора, предписывающего те или иные нормы, руководствуясь исключительно собственным капризом. Здесь мы скорее сталкиваемся с методологической осмотрительностью: художник должен постоянно быть готов к принятию нежданного, законам которого он подчиняет свое творчество. Символично само слово Merz, также полученное случайно: Швиттерс «вырвал» центральную часть вывески банка: Kommerz und Privatbank. Как подмечал в свое время Тристан Тцара, этим словом-эмблемой он берет на абордаж язык делового мира и рекламы, обращая его себе на пользу — включая его в свой проект тотального произведения, стирающего все жанровые границы.

«Мерц» выступает здесь в качестве псевдонима, изолирующего принудительный характер (места) выставочного зала — и устраняющего потенциальный моральный авторитет автора с тем, чтобы сохранить максимальную свободу для зрителя.

Перед лицом ницшеанской задачи переоценки всех ценностей Швиттерс выворачивает «буржуазную» оценку наизнанку: примечательное он видит в незначительном. Материалы отделяются от их обиходной логики для того, чтобы оцениваться отныне в рамках личностного проекта.

Количественный (например, коммерческий) подход или фальсификация содержания облегчается как раз противоположностью такой оценочной нейтральности (отказа от оценки). Монумент Швиттерса, его Merzbau, можно рассматривать в этом смысле как памятник личности — что лишь подтверждает система разрастающихся пещер, посвященных различным персоналиям радикального авангарда.

Нищета Швиттерса выполняет роль защиты от оценочного суждения общества и буржуазии, которое является не чем иным, как суждением всеобщего против частного, против личности. Его уважение к личности выражается в нежности или любви к другому, будь то человек или животное.

Образ Швиттерса, спасающегося от нацистского варварства с переносной версией своей скульптуры в одном кармане и парой белых мышей — в другом (причем одна из них страдала эпилепсией и регулярно заходилась в припадке), — является одной из самых прекрасных иллюстраций несгибаемого сопротивления художника Гитлеру, над которым он в итоге одержал ни с чем не сравнимую моральную победу.